ЕГО ПРИМЕР ДРУГИМ НАУКА. «ЗОЛОТОЕ РУНО» НИКОЛАЯ РЯБУШИНСКОГО

Н.П. Рябушинский. Сад Афродиты. 1930-е гг. Галерея «Веллум».

22 мая 2019 года в Москве, в новом пространстве галереи «Веллум» на Ильинке, 4 (Гостиный двор) открывается выставка «Николай Рябушинский. «Золотое руно». Проект приурочен к 110-летию завершения выпуска журнала «Золотое руно» (1906-1909 гг.), который стал легендой русской художественной жизни начала ХХ века.

«Золотое руно» Обложка №1. 1906 г.

Выставка представит редко экспонируемые живописные работы самого Николая Рябушинского, произведения художников, сотрудничавших с «Золотым руном» из собрания руководителя галереи «Веллум» Любови Агафоновой, из коллекции Валерия Дудакова и московских частных собраний: Павла Кузнецова, Константина Сомова, Николая Крымова, Петра Уткина. Будут показаны архивные документы и фотографии, рассказывающие о журнале и судьбе его издателя. Этот проект галереи «Веллум» позволит отдать дань памяти Николаю Рябушинскому неординарному  человеку, талантливому художнику, меценату, оставившему яркий след в отечественной  культуре.

Н.П. Рябушинский (фотография начала ХХ в.).
 
Николай Павлович Рябушинский (1877-1951 гг.), внук и сын московского купца-миллионера. Казалось бы, вместе с восьмерыми братьями он должен был продолжить дело знаменитого купеческого клана. Но… Но страсть, страсть к прекрасному оказалась сильнее. Получив причитающуюся долю отцовского наследства, Николай Рябушинский широко (без оглядки на «всю Москву») проявил свою страстную натуру. Он кутил (и о его кутежах гуляли небылицы), он занимался живописью, поддерживал художников, под псевдонимом Н.Шинский писал книги, сочинял стихи и статьи, путешествовал и собирал коллекцию произведений искусства. Он даже изготовил для себя саркофаг, но так и не воспользоваться им…

Вилла «Чёрный лебедь» (фотография начала ХХ в.).

«Вся Москва» обсуждала, как «Николаша» размашисто проматывает состояние: на шестидесятисильном красном «драймлере» лихачит по московским улицам, устраивает «афинские вечера» на своей вилле «Черный лебедь» в Петровском парке. Об одной из «Николашиных» оргий в «Черном лебеде» очевидец вспоминал: «…Кругом было «море разливанное»: в бетонных гротах пляшут полураздетые девчонки с Тверского бульвара, на бутафорских скалах, как после горной битвы, валяются вниз головой пьяные. Кто-то во фраке лезет на пальму обезьяной, кто-то в подтяжках плавает в бассейне за стерлядью, кто-то – почти голый – принимает душ под фонтаном. Немногие, кто уцелеет до утра, – те к «Жану», в извозчичий трактир: пить огуречный рассол с коньяком и целоваться с извозчиками – во имя народа…»

Клумба виллы «Чёрный лебедь» (фотография начала ХХ в.).

Дорожки виллы Рябушинского были обсажены пальмами, на клумбах цвели орхидеи. В саду, где у входа стоял саркофаг, пели яркие заморские птицы, топорща хвосты, прогуливались павлины, бегали златогрудые фазаны. У собачьей конуры сидел леопард. На этой феерической вилле, декорированной Павлом Кузнецовым, разместилась художественная коллекция Рябушинского: Кранах, Брейгель, Пуссен. Однако, основную часть его собрания составляли произведения художников «Голубой Розы». Увы, значительная часть коллекции погибла при пожаре в 1915 году. А после революции здание «Черного лебедя» занял райотдел ЧК. В доме чекисты нашли коллекцию икон Николая Павловича, которая пополнила экспозицию Третьяковской галереи.

Вилла «Чёрный лебедь». Интерьер с фризом Кузнецова «Нерождённые младенцы». (фотография начала ХХ в.).

Да, повеса Рябушинский не зря получил прозвище «шалый». Певичку Фажетт из французского ресторана купал в шампанском, катал на лихачах, дарил ей драгоценности от Фаберже. За одно только колье с жемчугом и бриллиантами он заплатил десять тысяч двести рублей, а тогдашняя плата в пятьдесят копеек за рабочий день считалась хорошей для рабочего. Короче говоря, за каких-то два месяца «Николаша» промотал 200 тысяч рублей (считается, один русский золотой рубль того времени стоил примерно 30–35 современных долларов США). Старшие братья Рябушинские обратились к московскому генерал-губернатору с просьбой установить опеку над расточительным Николем. Просьба была удовлетворена. Николая признали недееспособным, он не мог без согласия братьев-опекунов распоряжаться своим имуществом. Опека была снята, когда Николай Павлович взялся за ум и в 1906 году занялся издательством ныне легендарного журнала «Золотое руно».

«Золотое руно» Обложка №№7-8-9. 1906 г.

На рубеже столетий (XIX-ХХ вв.) художественные идеалы эпохи без преувеличения формировали европейские художественные журналы. Мюнхенский журнал «Югенд» даже дал название стилю - «югендштиль». В России похожую роль играл журнал Сергея Дягилева «Мир искусства» (1898-1904 гг.). Надо сказать, в 1906 году Рябушинский был близок к группе московских художников, возглавляемых Павлом Кузнецовым, так что журнал «Золотое руно» не только стремился занять вакантное место «главного журнала по искусству» -  регулярный печатный орган стал центром, объединяющим художников, кому были близки эстетические принципы символизма. Несмотря на первоначальное недоверие и даже сопротивление арт-сообщества, Николаю Рябушинскому хватило сил, таланта и энергии стать редактором-издателем ежемесячного художественного журнала и организатором художественных выставок «Голубая роза».

«Золотое руно» Обложка №10. 1908 г.

Средства Рябушинского позволили издавать журнал с фантастически роскошной полиграфией и привлекать к сотрудничеству лучших авторов - Александра Блока, Ивана Бунина, Валерия Брюсова, Леонида Андреева, Константина Бальмонта, Андрея Белого, Максимилиана Волошина, Зинаиду Гиппиус, Дмитрия Мережковского, Федора Сологуба. С журналом сотрудничали Лев Бакст, Александр Бенуа, Евгений Лансере, Константин Сомов.

Н.П. Рябушинский. Дары Помоны. 1930-е гг. Галерея «Веллум».
 
Средства Рябушинского обеспечили проведение выставок «Голубой розы», позволив раскрыться талантам «голуборозовцев» - символистов в изобразительном искусстве. В 1908–1909 годах уже под названием «Золотое руно» прошли три выставки, познакомившие русскую публику с новейшими работами французских авторов, и с произведениями русских художников, впоследствии ярчайшими фигурами русского авангарда. Сам Николай Рябушинский не боялся представлять на суд публики и критики свои живописные произведения, в которых он обращался к вечным архетипическим сюжетам - с необычной палитрой цветов, близкие поэзии символистов. Художник Сергей Виноградов писал о работах Рябушинского: «Его вещи неожиданны и фантастичны, и в них огромная фантазия была. Вот уж ничего банального, ординарного, надоевшего в них не было».

Н.П. Рябушинский. Лилии. Галерея «Веллум».

Выпуск журнала был прекращен в 1909 году. В прощальном обращении редакции к читателям говорилось: «…теперь мы ясно чувствуем, что течения, которые мы отстаивали как в области литературы, так и в области живописи уже достаточно окрепли и выразились, чтобы развиваться самостоятельно, и что “Золотое Руно” в этом отношении уже исполнил свою миссию… Заканчивая нашу четырехлетнюю работу, мы уходим со спокойной уверенностью, что ничто уже не сможет заглушить и уничтожить тех художественных принципов, за которые боролось «Золотое Руно».

Н.П. Рябушинский. Рай. 1933. Галерея «Веллум».

Средства – не вечны. Издательские расходы, светские приемы и картёжная игра почти разорили Рябушинского. С 1913 года Николай Павлович живёт по большей части в Париже и на Лазурном берегу, зарабатывая на жизнь торговлей антиквариатом. В 1914 году он открыл в Париже антикварный магазин, торговавший предметами русской старины, а с 1917 года вполне официально занялся российской комиссионной торговлей. Воспользовавшись связями Николая в среде антикваров, владелец нефтяных промыслов Степан Лианозов организовал контрабандный канал для поставки из России во Францию художественных ценностей, а также наладил доставку во Францию черной икры с рыбных промыслов Каспия. Канал Лианозова был придуман и организован им вместе с большевиками, и единой нитью связал персидский порт Энзели, чьи икорные промыслы как раз и принадлежали Лианозову, и нефтяной Баку, где работала его генеральная нефтяная компания «Ойль». Из Баку контрабандный товар шел в Грузию, через Батуми попадал на Черное море, а уже оттуда – в Средиземное море и, наконец, в Монте-Карло…

Николай Рябушинский окончательно покинул Россию в начале 1920-х годов. Он переживал взлеты и падения, но остался верен когда-то выбранному пути. В Париже он держал антикварный магазин на площади Бомарше, организовывал художественные выставки. В Монте-Карло (позднее) открыл галерею «Голубая Роза» (его партнерами стали известные американские промышленники Морган, Рокфеллер и Вандербильт, тот самый, с чьей дочерью соперничала героиня «12 стульев» Эллочка-людоедочка), а после Второй мировой войны – общедоступную галерею «Эрмитаж». Уже в глубокой старости, когда ему было за семьдесят, Рябушинский пережил последнее увлечение. Он полюбил молодую (втрое моложе) беженку из Германии.

Н.П. Рябушинский (фотография начала ХХ в.).

Умер Николай Павлович Рябушинский 19 апреля 1951 года в Ницце.

А. Л., Москва (текст)
Галерея «Веллум», архив Прииска (иллюстрации)

На иллюстрации: Н.П. Рябушинский. Сад Афродиты. 1930-е гг. Галерея «Веллум».

 

Добавить комментарий