17.02.2026
Новые приключения Белоснежки Сказки не умеют стареть. И категорически не желают. Однако, как и любые девочки, сказки просто обожают обновки. То одну присмотрят, то поссорятся, чтобы тут же помири...
Далее В минувшем мае аукционный дом Christie`s с присущим почтенному учреждению достоинством показал на Москве в своем офисе в Романовом переулке картину, которая сегодня, 3 июня 2019 года, станет, как полагают аукционисты, топ-лотом лондонских русских торгов (эстимейт $1,4-2 млн). Речь о работе Кузьмы Петрова-Водкина «Натюрморт с сиренью» 1928 года. Ну разве можно было к ней не приглядеться? Ведь в Москве она экспонировалась в полном одиночестве
Московский показ был анонсирован еще в апреле 2019. В офисе Christie`s «Натюрморт с сиренью» выставили, без преувеличения, как сакральную святыню, как алтарный образ, с соответствующий подсветкой: в глубине удлиненного зала-целлы, на торцевой стене, под брендом Christie`s. Представляли картину сам глава международного департамента русского искусства Christie`s Алексей Тизенгаузен и Александра Бабенко, специалист по торгам.
Согласно пресс-релизу, провенанс «Натюрморта с сиренью» - безупречен. Натюрморт происходит из коллекции миланского искусствоведа и издателя Джованни Шейвиллера, кому был подарен Борисом Терновцом, известным советским искусствоведом, в 1919 - 1937 гг. возглавлявшим Государственный музей нового западного искусства. Архивная фотография с 27-ой международной выставки, организованной институтом Карнеги (Питтсбург, 1928) явно совпадает с экспонируемой работой Петрова-Водкина. Натюрморт выставлялся и на XVIII Венецианской биеннале 1932 года.
Но очень заинтересованного зрителя уже при первом визуальном знакомстве с натюрмортом ожидают маленькие «странности», ускользающие от неподготовленного взгляда. «Странности» подводят к рассмотрению проблемы качества исполнения и, отчасти, даже к проблеме аутентификации, т.е. подтверждение подлинности заявленного авторства. Безупречный провенанс или наличие подписи не гарантия подлинности произведения. Документальные свидетельства или научные публикации о произведении вторичны по отношению к самому произведению. Произведение самоценно, оно - истина в последней инстанции. Но произведение надо видеть. И сложность в том, чтобы корректно интерпретировать увиденное.
Натюрморт 1928 года имеет прямой аналог более позднего времени - натюрморт «Черемуха в стакане» (1932. ГРМ). Помимо того, что натюрморт 1932 обладает всеми чертами «классической» изобразительности Петрова-Водкина 1920 - 30-х, качеством исполнения много сложнее работы 1928. Можно сказать, что в работе 1932 преобладает живописное начало, тогда как работа 1928 более тяготеет к графичности. В ней присутствует некоторая «этюдность», определенная недосказанность, композиционная непосредственность и конкретика (например, угол журнала, выступающий за край скатерти). Существенное различие проявилось в качестве исполнения деталей. Впоследствии художник вернулся к найденному образу, переосмыслив его композицию. Композиция 1932 стала центричной, более собранной. Ушла коричневая полоса в нижней части. Натюрморт предметно усложнился (набор и расположение предметов) и, главное, живопись стала сложно нюансированной и проработанной.
«Натюрморт с сиренью» написан поверх нижележащего изображения.
Его фрагмент открыт в нижней части картины (часть столешницы): коричневая полоса с цвето-тональной «растяжкой» и видимыми нитями холста. В правом нижнем углу черным пигментом перевернутые «13 - 14. 27 IX кокт.». Помета связана с пребыванием Петрова-Водкина в 1927 году на даче у Волошина в Коктебеле. Тогда, 11-12 сентября в Крыму произошло землетрясение. Художник мог написать какой-то сюжет, возможно, прямо или косвенно связанный с этим событием. Петров-Водкин нередко использовал свои старые работы, которые считал неудачными, для написания новых.
Сенсационное открытие в Государственном русском музее в 2018 году тому подтверждение: «Под произведением Петрова-Водкина «Колхозницы». Эскиз. 1937-1939 был обнаружен ранее написанный портрет А.С.Пушкина. Относится к 1930-м годам», - сообщала пресс-служба ГРМ. Подобную «технологию» практиковали многие художники («выдержанный» грунт старых холстов лучше держит новый красочный слой и менее подвержен деформациям). Необычно, что художник оставил открытым (хотя и частично прописал) фрагмент нижележащего изображения. Получился своеобразный живописный палимпсест, экстравагантный художественный ход.
Вернемся к «Сирени». Удивляет хорошая сохранность: признаки естественного старения (кракелюрная сетка или отдельные кракелюры) практически отсутствуют. Кракелюр замечен только на корпусном белильном блике, на стакане. Трудно представить, что такая сохранность связана с использованием старого холста. Картина, несомненно, проходила реставрацию - нет поверхностных загрязнений, красочные плоскости (журнал, синяя скатерть) выглядят весьма «свежо». Наличие значительных реставрационных прописей можно установить только при использовании микроскопа. Точечные распознаются визуально. Любопытно, что внизу картины, рядом с монограммой, в месте перегиба холста на кромку оставлен участок белого грунта (реставрационная вставка?).
Вектор падения теней от чернильницы и стакана различен. Изображение стакана с веткой сирени - ключевое место всего изображения.
Обращает внимание, на первый взгляд, нелогичное расположение «блика» на «теневой» стенке стакана. Впрочем, возможно, вода в круглом стакане сыграла роль линзы, сфокусировав свет на передней («теневой») стенке и «белильно» освятив небольшой участок журнальной обложки перед стаканом. Задняя стенка стакана пластически никак не выявлена. Ножка ветки сирени странным образом перекрывает «белильную стенку» у основания стакана, хотя должна быть ею скрыта. Белила в нижней части «обрисовывают стенку стакана, но не его дно. Белильные разводы в верхней части стакана выглядят схематичными, бесформенными. Вероятно, они должны обозначать поверхность воды в стакане. Создается впечатление приблизительности и недоделанности изображения. Синева скатерти имеет заметный цветовой переход - от синего (слева внизу) до голубого (справа вверху). Почти натурное наблюдение. Обложка журнала дана локальным красным цветом, без привычной для художника цвето-тональной разделки поверхности, как, например, в натюрморте 1932. Линии рамки и условные строки на обложке журнала написаны эскизно-небрежно, что для художника не характерно.
Раскраска спичечного коробка слишком проста, хотя и реальна. Это визуализированная в предмете знаменитая «трехцветка» Петрова-Водкина: красный, синий, желтый. Листья сирени скорее намечены, чем написаны. Точнее, графически обозначены зеленым, скупо, прозрачно, мазком по плоскости листа, без какой-либо моделировки формы. Что разительно отличается от приемов, встречающихся у Петрова-Водкина в написании листвы (выявление мелких плоскостей, гранение формы).
Монограмма художника в левом нижнем углу картины узнаваема и характерна. Не вполне обычно, что монограмма и дата написаны краской разного цвета и лежат на полупросохшем красочном слое. Можно предположить, что работа писалась достаточно быстро. Образ формировался «на ходу», в процессе работы и автор не задумывался об отделке деталей. Живопись натюрморта 1928, если она не затронута тотальными реставрационными прописями, оставляет ощущение скорописи, некоторой упрощенности письма.
Появление работы со «странностями» вполне можно объяснить фактами биографии Петрова-Водкина. В 1928 году у него обостряется туберкулез. Врачи запретили писать маслом («кухня» масляной живописи негативно влияет на легкие). Из Ленинграда художник переехал в Детское Село (бывшее Царское Село), где поселился в квартире на втором этаже лицейского корпуса, где оказался в центре настоящего литературного кружка (Алексей Толстой, Вячеслав Шишков, Константин Федин) и тоже занялся литературным творчеством. Однако, живопись не оставил. В Детском Селе он завершил одну из своих значительнейших работ - «Смерть комиссара» (1928. ГРМ). Написание натюрморта было, вероятно, отдохновением от монументального полотна с драматическим сюжетом. Тем не менее, обе работы существуют в едином пространстве творческого бытия художника.
Этот натюрморт я бы обозначил как своеобразную разновидность vanitas («суета сует»), но «читаемого» не буквально, а скорее допускающего аллюзию на vanitas.
Александр Самойлов, Москва (текст).
Александр Самойлов, архив Прииска (иллюстрации).
)На иллюстрации: «Натюрморт с сиренью» в Москве выставили, без преувеличения, как сакральную святыню...
P,S. Картину «Натюрморт с сиренью» Кузьмы Петрова-Водкина продали на торгах аукционного дома Christie's за £9,3 млн ($11,7 млн). Картина «Натюрморт с сиренью» стала самым дорогим произведением, проданным на аукционе русского искусства Christie's.
Таким образом на свет появился новый #WorldAuctionRecord на цену работ К. Петрова-Водкина, на сегодняшний день самое дорогое произведение аукционов русского искусства. Имя нового владельца шедевра не оглашается.