В чью пользу счёт? Москва-Нью-Йорк-Москва 1924 года - «первый блин» российского арт-бизнеса

Без малого век тому назад в Нью-Йорке прошла передвижная выставка русского искусства (после «города желтого дьявола» она двинулась и в другие штаты), с помощью которой по идее живописца и культуртрегера Игоря Грабаря оставшиеся в Совдепии мастера кисти и резца должны были заработать деньги на житье. В итоге почти никто ничего не заработал: из тысячи прибывших к статуе Свободы и выставленных работ продано было не более сотни. На русское предложение не оказалось спроса. Дело в том, что первая кавалеристская атака советского арт-бизнеса была произведена без мониторинга и вообще каких-либо знаний заокеанской культуры и образа жизни. А сколько таких атак еще будет?

Музей русского импрессионизма, где проходит выставка-мемория, совершил, конечно, героические усилия, пытаясь по скудным данным (каталог той нью-йоркской экспозиции теперь жуткий раритет) реконструировать тот багаж, который в 1924 году вез в своих трюмах теплоход «Эстония» (вывозили арт-груз через эту прибалтийскую страну). Кураторы МРИ шурфили столичные, провинциальные и зарубежные музеи (в частности венскую Альбертину, где обнаружился «тот» Ларионов) в надежде увидеть на обороте какого-нибудь холста или листа чаемую наклейку американской выставки. И находили, и уговаривали хранителей выдать на показ, и в итоге вещь вывозили в Москву (диву даешься тому, откуда у музея деньги на это, коли его патрон и основатель давно и до сих пор вне РФ). Набралось около 70 вещей плюс 20 предполагаемых тогдашних экспонатов.

В чью пользу счёт? Москва-Нью-Йорк-Москва 1924 года - «первый блин» российского арт-бизнеса 1
"Как известно, курируемая выставка – лицо куратора".

Как известно, курируемая выставка – лицо куратора. А физиономия Игоря Эммануиловича Грабаря превращалась в «козью морду», когда он только слышал имена Малевича, Кандинского, Татлина etc. Не любил, словом, и не хотел их пропагандировать. Он знал рынки Парижа, Берлина и Вены. Он умел устраивать обоснованные исторические выставки искусства (как в Третьяковке, в которой он стал главным экзибишен-мэйкером). И вот в случае с Америкой он не просчитался – там эти авангардисты-«большевики» нафиг не были нужны. Тут возможно возражение: а как же памятная нью-йоркская же выставка «Армори шоу» 1913 года, на которую из Старого Света в Новый вывезли 300 работ отъявленных авангардистов – Дюшанов, Пикассо и др. Но как говорят англосаксы, easy come, easy go, то есть получили, пошумели и забыли. А Америка осталась при своих. Вкусах, понятное дело. А вкусы у нее были провинциальные. И такие в общем-то оставались до конца 1940-х годов.

В чью пользу счёт? Москва-Нью-Йорк-Москва 1924 года - «первый блин» российского арт-бизнеса 2
"Кураторы МРИ шурфили столичные, провинциальные и зарубежные музеи..."

Вот Грабарь и подумал: авангард – ненадежный вексель, попробуем обратить Серебряный век с Серебряковой, Кустодиевым, Сомовым,  В. Васнецовым и др. в американское золото. Возможно, и умеренный русский модернизм – Кончаловский, Сарьян, Осмеркин & С сработает. А уж против традиционной российской среднерусской живописи типа Поленова американцам и нечего будет сказать – облобызают. Он почти угадал – купили усредненный морской пейзаж с чайками Рылова (чайки – везде чайки),  двух небольших Поленовых (художник денег так и не получил),  Серебрякову (на эти деньги, кстати, художница смогла уехать в Париж). Плюс еще неоклассицисты Шухов и Петров-Водкин. Вот, пожалуй, и все из наиболее видных художников. Цены на все это русское колебались от $ 100 до $300. Не надо говорить, что мало – это были еще те доллары. Но все же весьма и весьма недостаточно. Средства, которые собрали для выставки тогда «всей Русью», как от наркомата комиссара Каменева (точнее от его супруги), некогда богатого книгоиздателя Сытина, и других простодушных инвесторов вернуть ни в коей мере не удалось. То, что было тогда приобретено в Нью-Йорке (рекламе распродажи помогли широкие жесты Шаляпина и Рахманинова), затем были спущены потомками на аукционах. Некоторые из таких вещей вернулись в Россию. А в неё же в 1925 году вернулось 9\10 всей выставки. Короче, счет не в нашу пользу.

Текст: Михаил Боде, Москва

Иллюстрации: Михаил Боде

На иллюстрации: В зале МРИ: слева направо: Алексей Толоконников, предприниматель, коллекционер и спонсор выставки, Джон Боулт, специалист по русскому искусству первой половины XX (Калифорния), Юлия Петрова, директор Музея русского импрессионизма

P.S. БОЛЬШЕ, ЧЕМ УВИДЕТЬ! Предложение прямо из мастерской художника. Прииск плохого не посоветует – добро пожаловать бесплатно и без ограничений!

24.09.2021
поделиться:
Facebook
Pinterest

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

больше новостей в нашем telegram канале

Читайте так же:

Новые приключения Белоснежки
Сказки не умеют стареть. И категорически не желают. Однако, как и любые девочки, сказки просто обожают обновки. То одну присмотрят, то поссорятся, чтобы тут же помири...
Далее
Волшебные палочки Санаэ Такаити
Глобальная арт-индустрия возлагает большие надежды на Японию. С 5 по 9 ноября в японской столице проходит Art Week Tokyo, а с 13 по 16 ноября в Киото ожидается ACK (Art Collaboration Kyoto)...
Далее
Не всё Коровин, где Париж
Далее
Боливар не вынесет двоих, или имя имеет значение
Далее
Солнечный мастер. Из мастерской академика Дмитрия Добровольского
Наверное, не надо спрашивать обладателей картин кисти Дмитро Добровольского, почему его называют Master of Sun. Да, Дмитро действительно заслуживает звания «солнечного ...
Далее
Картинки вкусной и здоровой пищи, или Советский продовольственный сказочник. Выставка Ильи Машкова в ГТГ
Далее
В город Базель. По грибы
Эти грибы появились на свет летом 1945 года. И они действительно дьявольски красивы! Что наглядно с 14 по 21 июня показывает в пространстве базельского Arthaus'а проект-кол...
Далее
Весенний Art Trek Дмитрия Добровольского
Далее
Афродита в полиэтилене, полиэтилен в антропоцене. Художник Дмитрий Булныгин
Далее
Последняя тайна Караваджо. Последняя?
Будет ли когда-нибудь раскрыта тайна смерти художника? Да и последняя ли она? ...
Далее